На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Жизнь - театр

1 186 подписчиков

Свежие комментарии

  • Юлия Уханова
    Прекрасные животные. Классные фото.Животные в фотогр...
  • Светлана Митленко
    Вот уж т очно. Она вперед нам всем фору даст и не поморщится!Это сплошные эмоции
  • Светлана Митленко
    Да что уж тут сделаешь. Надо продолжать жить и радоваться маленьким радостям, а не ждать большого рога изобилия. Пото...Это сплошные эмоции

Писатель Юлиан Семенов

Анатолий Зайцев, заместитель Председателя Ассоциации российских дипломатов:

Вьетнам военной поры, находясь в эпицентре мирового внимания, притягивал к себе из Москвы известных журналистов - международников, писателей и художников. Их приезд был для нас настоящей отдушиной. Оказывая им как знатоки местного языка и реалий различную помощь, мы наперебой зазывали их к себе в гости, заслушиваясь во время долгих застолий увлекательными  рассказами.

Юлиан Семенов

Среди них мне особенно запомнились встречи с писателем Юлианом Семеновым, прилетевшим в Ханой в конце декабря 1967 г. в разгар американских воздушных налетов для освещения военных событий. В качестве спецкорра газеты «Правда» он съездил в провинцию Хоабинь, побывал на позициях ракетной батареи и совершил двухнедельную поездку в приграничные районы Лаоса.

В беседах Ю. Семенов подробно расспрашивал про наше посольское житье-бытье, с интересом выслушивал мои рассказы о поездках на юг страны к демилитаризованной зоне во время моратория на воздушные налеты, делился впечатлениями о своих встречах во Вьетнаме и Лаосе. Специальный корреспондент газеты "Правда" Ю. Семенов с бойцом отряда партизан Лаоса, 1968, Президенсткая библиотекаprlib.ru/item/677345

Он не скрывал в беседах, что его интерес к поездке во Вьетнам не в последнюю очередь связан с давним замыслом написать детектив в духе «Тихого американца» признанного классика шпионского романа Генри Грэма Грина. С этой целью он намеревался навестить места, описанные английским писателем в своем романе. (Основное действие романа происходило в Сайгоне, а большая его часть написана автором в 1951 г. в Ханое).   

В тех условиях добиться разрешения на поездку в Сайгон при содействии наблюдателей международной контрольной комиссии (в нее входили поляки, индийцы и канадцы), постоянно курсирующих между столицами разделенных демаркационной линией Севера и Юга страны, было делом практически безнадежным.

Пришлось удовольствоваться посещением мест в Ханое, связанных с пребыванием там в 1951 г. Грэхема Грина. В первую очередь обследовать гостиницу «Метрополь», к тому времени переименованную в «Thong Nhat» («Единство»). Прежде всего, гостиничный номер, в котором останавливался английский писатель и где поселился Юлиан Семенов. И, конечно же, стоило заглянуть в Pax Bar, где любил сиживать Грэхем Грин, когда ему, писал он в «Тихом американце», «не хотелось выпивать в «Метрополе» с французскими офицерами, их женами и девицами». Этот знаменитый бар в гостинице «Хоа Бинь» («Мир») на протяжении всех военных лет оставался одним из двух, наряду с «Метрополем», единственных доступных для иностранцев и самых посещаемых молодыми дипломатами советского посольства мест.Специальный корреспондент газеты "Правда" Ю. Семенов с бойцами армии Северного Вьетнама, 1968 год, Президннтская библиотека

В ту военную пору облупившийся местами фасад здания «Метрополя», как и интерьер этого некогда знаменитого на всю Азию отеля класса люкс, где останавливались монархи, главы государств и правительств многих стран, мало напоминали его описание английским писателем в начале 50-х. Когда, заметил он в своем романе, «еще можно было комфортабельно плесневеть в Ханое». У обшарпанной барной стойки можно было заказать армянский коньяк, на долгие годы сменивший привычные для прежних постояльцев известные французские марки.

Иное дело в наши дни, когда в меню бара заново открытой в 1992 г. и в очередной раз переименованной пятизвездочной гостиницы Sofitel Metropole  появился фирменный коктейль «Грэхем Грин».

В последний вечер перед отлетом Юлиана Семенова в Москву я пригласил его к себе в гости. За несколько часов затянувшейся за полночь беседы мы успели переговорить о многом. Все располагало к дружеской беседе, тем более, что как выяснилось, у нас нашлось и немало общего: оба по образованию востоковеды и начинали свою трудовую деятельность переводчиками с восточных языков в проблемных странах, превратившихся вскоре в горячие точки, он - в Афганистане, я - во Вьетнаме.

В беседе он несколько раз возвращался к «Тихому американцу». Повторял, что поездка во Вьетнам его «еще раз убедила в пророческом характере романа». Поскольку в нем еще в начале 50-х годов Грэхем Грин предсказал неизбежные последствия эскалации вмешательства США в дела Индокитая, которое в конечном счете привело к прямой вовлеченности в войну во Вьетнаме.

Мой гость увлеченно рассказывал о своих неожиданных находках, когда знакомился с документами, нашими и германскими, закрытых архивов. Сетовал он на то, что многие ценные архивные источники о Второй мировой войне, остаются недоступными для исследователей. С надеждой говорил, что когда архивы, наконец, будут открыты, он сможет осуществить сполна свои творческие планы, «если и не в жанре исторических очерков, то хотя бы романов».

* Многое из рассказанного Юлианом Семеновым на той нашей памятной встрече в Ханое для меня открылось позже после появления «Семнадцати мгновений весны» и других его талантливых работ.  

Юлиан Семенов (Ляндрес) родился 8 октября 1931 года в Москве. В 1952 г. окончил Институт востоковедения, где специализировался на персидской истории и политике. Кстати, его однокурсником был Евгений Примаков. Юлиан Семенов в юности и молодости.

Отец Юлиана, Семен Александрович Ляндрес, был крупным специалистом в сфере издательского дела, редактором и литературоведом.
Его мать — Галина Николаевна Ноздрина — была учительницей истории и привила сыну любовь к разгадыванию загадок прошлого.Жизнь семьи советских интеллигентов до войны была обычной. А во время войны Юлиан вместе с мамой, Галиной Николаевной Ляндрес (Ноздриной), вынуждены были эвакуироваться в город Энгельс.
Самым ярким впечатлением военных лет, по словам Юлиана, стала поездка к отцу в поверженный Берлин в мае 1945-го года, когда ему исполнилось 14лет. После победы семья благополучно возвратилась в столицу на постоянное место жительство.
Несмотря на то, что отец Юлиана – Семен Александрович Ляндрес – был известным в Москве журналистом, организовавшим свое собственное издательство, мальчик не сразу пошел по его стопам.
После успешного окончания средней школы Юлиан Ляндрес в 1948-ом году, сдав экзамены, стал студентом одного из самых престижных учебных заведений столицы – Института востоковедения.
29 апреля 1952-го года по нелепым, необоснованным обвинениям был арестован отец Юлиана. Ему вменялась в вину совместная деятельность с «троцкистским диверсантом» Николаем Бухариным в период работы последнего в газете «Известия».
Сын, как мог, вступился за отца, что могло его самого привести за решетку. Вследствие ареста отца стало отчисление Юлиана с последнего курса института.
А после того, как юноша наотрез отказался отречься от родного человека, его исключили из комсомола. В личном деле молодого парня незамедлительно появилась отметка «Сын врага народа» с припиской, гласящей, что он «клевещет на Советскую власть и не уважает решение Советского суда».
Юлиан долго пытался добиться правды и освободить отца, его письма с просьбами разобраться шли не только в прокуратуру, но и самому Берии. Однако всего, чего он сумел добиться – это вызова на допрос в Бутырскую тюрьму. Потом Юлику постоянно приходилось бороться за то, чтобы остаться в институте. Два года он разгружал вагоны по ночам, а на заработок собирал передачи отцу. В его первой книге «Дипломатический агент» есть сцена обыска, она — целиком автобиографическая.

Но когда эпоха сталинизма и репрессий закончилась, Семен Ляндерс не только досрочно вернулся в Москву, но и занял руководящий пост в Гостлитиздате.
Когда обвинения с отца Юлиана были сняты, его самого вновь восстановили в институте, который он успешно закончил в 1953-ом году.
Именно после ареста отца и связанных с этим дальнейших событий молодой человек вынес для себя одну истину, которой затем придерживался всю жизнь: побеждать нужно, не прогибаясь под обстоятельства.

Юлик записался в секцию бокса. В клуб «Спартак». Драться учился обстоятельно и азартно. Как говорят, из него мог получиться хороший боксер. Когда возникла нужда в деньгах, Юлиан решил поучаствовать в платных боях. В то время в Москве уже существовали подпольные бойцовские клубы. Когда говорили: «Юлик, пойдешь в нокаут! Этот парень должен победить», Семенов по правилам клуба отправлялся в нокаут и получал за это деньги. В одном из таких боев ему сломали нос. «Но что там сломанный нос, — смеялся он потом, — когда в кармане целая тридцатка!»

А еще он был завсегдатаем популярного в те годы «Коктейль-холла» на Тверской. Окружающие считали юношу настоящим плейбоем и стилягой! Семенов приходил в зеленом пиджаке с заплатками на рукавах — это было супермодно. Он постоянно посещал все рестораны и танцверанды Москвы и всюду слыл своим человеком, обходя по несколько заведений за один вечер. Юлик сделал себе модную прическу, назвав ее «буги-вуги октава», и водил с собой собаку, которую обрил и покрасил в зеленый цвет.

После окончания им альма-матер в 1953 году талантливого выпускника рекомендовали для обучения в аспирантуре МГУ, а уже в главном ВУЗе страны его пригласили на преподавательскую работу. Ю. Ляндерс преподавал в МГУ язык пушту и параллельно с этим учился на его историческом факультете и получил второе высшее образование.
Упорная учеба и работа не помешали личной жизни. В середине 50-х годов Юлиан был другом семьи Кончаловских. 12 апреля 1955-го года Юлиан женился на родной дочери Натальи Кончаловской и приемной дочери Сергея Михалкова, Екатерине Сергеевне.С женой Екатериной в молодости.

Считается, что отношения у супругов складывались не просто, так как Семенов имел большую армию поклонниц, которым он не отказывал во внимании. Из 30 лет совместной жизни около 13 супруги прожили раздельно, но официально они не разводились.
В этом союзе у пары родились 2 дочери – Дарья и Ольга. Первая из них стала художницей, а вторая пошла по стопам своего отца.
Юлиан Семенов с дочками Дашей и Олей

На формирование личности молодого писателя большое влияние оказала встреча с блестящим советским журналистом-международником Генрихом Боровиком.Генрих Боровик, ловил рыбу с Хэмингуэем, пил виски с Керенским
Ведь первые произведения Семенова совершенно не были похожи на более поздние приключенческие романы, это были скорее психологические новеллы с красноречивыми названиями «В горах мое сердце», «Прощание с любимой женщиной» и т.д.

В институте Семенов выучил пушту и несколько лет проработал в Афганистане переводчиком. Потом издал сборник переводов афганских сказок, тогда-то и появился псевдоним Семенов, то есть сын Семена. Некоторое время Юлик, как его обычно звали друзья, занимался научной работой и преподаванием. А в 1958 году, когда рассказы молодого писателя впервые появились в журналах, Семенов ушел из науки. Началась его сумасшедшая журналистская жизнь. Ведь первые произведения Семенова совершенно не были похожи на более поздние приключенческие романы, это были скорее психологические новеллы с красноречивыми названиями «В горах мое сердце», «Прощание с любимой женщиной» и т.д.
Первые же шаги Юлиана Семенова как сценариста были сделаны в 1957-ом году, когда по мотивам одной из афганских сказок им был написан сценарий к мультфильму «Маленький Шего».
Именно журналистская работа позволила ему познакомиться с лидерами многих стран и режимов, за что он был искренне благодарен судьбе. По высказываниям друзей Юлиана, его всегда пьянил риск.
Например, некоторое время он занимался поиском скрывающихся от расправы нацистов и выслеживал главарей мафии. Ему также удалось принять участие в организованных лаосскими и вьетнамскими партизанами боевых операциях. Однако даже под бомбами Семенов постоянно что-то писал, делал заметки, вел дневники.

Семенов был членом редколлегии журнала «Москва», затем работал зарубежным корреспондентом «Литературной газеты»… Объездил весь мир… «В редакции журнала «Знамя» на Тверском бульваре, в большой комнате у окна сидел крепкий парень с обликом то ли боксера, то ли борца-средневеса, в брезентовых брюках, толстом свитере и в бороде под Хемингуэя, которого обожал», — таким многие писатели и журналисты запомнили молодого Семенова.

В июне 1958-го года в семье писателя родилась дочка Даша. Вскоре вместе с Натальей Петровной Кончаловской, матерью жены, Юлиан отправился в Китай, а затем последовали командировки в Ирак, Ливан и Исландию.
Работа переводчиком в Кабуле нашла свое отражение в первом масштабном произведении Юлиана Семенова книге «Дипломатический агент», работу над которой он продолжал и во время своей следующей поездки вместе с семьей в Эстонию. Именно эта книга, увидевшая свет в 1959-ом году, впервые привлекла широкое внимание читательской аудитории к личности молодого писателя.
В произведении захватывающе рассказывалось о невероятных приключениях молодого востоковеда по фамилии Виткевич, совмещающего работу дипломата и секретного агента. В том же году вышло еще одно произведение начинающего автора, документально-публицистическая книга «Чжунго, Нинь Хао», написанная в соавторстве с Натальей Кончаловской.

14 сентября 1960-го года Юлиан Семенов, еще совсем молодой человек, стал членом Союза Писателей СССР. Вскоре ЦК ВЛКСМ направил его на Фестиваль молодежи в Финляндию. В этот же период Семенов работал корреспондентом в журнале «Смена», по заданию которого побывал в командировке в Ираке. Пережитые впечатления от поездки были отражены писателем в серии рассказов, объединенных под одним названием «Уходят, чтобы вернуться» и повести «49 часов 25 минут».
Последующие годы журналиста и писателя были наполнены множеством поездок, встреч и впечатлений, которые дали прекрасный материал для его новых произведений. После путешествий на Северный полюс, Махачкалу и Коктебель в 1961-ом году Юлиан Семенович выпустил в свет повесть «При исполнении служебных обязанностей».
1962-ом «Огонек» направил своего корреспондента в командировку на дальний Восток. В это же время Семенов посвящал много времени изучению архивных документов и стажировке на Петровке, в результате чего появился один из самых популярных романов автора «Петровка, 38», впоследствии ставший основой для не менее известного одноименного художественного фильма. Свое произведение сам автор называл «исследовательским романом», хотя в серьезных литературных кругах звучало слово «бульварщина».
С 1962-го по 1967-ой годы Семенов входил в редколлегию журнала «Москва». В 1965-ом писатель познакомился с выдающимся русским фронтовым оператором и кинодокументалистом Романом Карменом и приобрел дачный домик в небольшом поселке «Красная Пахра». В то же время он успел подготовить к выпуску свой роман «Пароль не нужен», съездить в Монголию на съемки кинофильма «Исход», а затем и в Польшу, где занимался сбором и обработкой материалов для романа «Майор Вихрь», вышедшего в 1967-ом году.

Писатель

Семенов работал как машина. Ежедневно выдавал по 10-15 страниц текста, беспрерывно стуча на пишущей машинке. «У него американский метод работы», — глубокомысленно и не без зависти утверждали отдыхавшие с ним вместе мэтры литературы. Юлиан говорил, что ему с трудом даются первые тридцать страниц, а потом сознание словно показывает кино, которое нужно только записать. При этом у Семенова были две настольные книги — Библия и Толковый словарь Даля. А первым детективным произведением он называл «Гамлета»: сын пытается найти убийц отца.

В феврале 1967-го у писателя родилась вторая дочь Ольга, которая впоследствии стала главным соратником и помощником отца в его кипучей жизни и работе. Долго возиться с младенцем ему не дали, уже в марте Семенову пришлось покинуть дом и со старшей дочерью уехать в Чехословакию, а в мае он вновь отправился на Северный полюс.
В декабре 1967-го года главная газета страны «Правда» послала Юлиана в качестве своего военного корреспондента во Вьетнам, где писатель познакомился с принцем Суфанувонгом, одним из лидеров борьбы за независимость Лаоса.
После путешествия по США в мае 1968-го года и похорон отца в июне, Семенов плодотворно трудился в Германии и Чехословакии над сбором материалов для своего нового замысла, романа «Семнадцать мгновений весны», параллельно составляя сборник репортажей под названием «Вьетнам-Лаос».
Созданный им образ Максима Максимовича Исаева стал одним из главных в произведениях автора. Судьба литературного персонажа красной линией прошла через двенадцать романов Семенова, начиная с «Бриллиантов для диктатуры пролетариата», где Исаев участвует в событиях 1921-го года, и заканчивая «Бомбой для председателя», где сюжет происходит уже в 1967-ом году.
В год выхода романа «Семнадцать мгновений весны» в 1969-ом году, несмотря на поездки в роли корреспондента «Правды» в Японию, Австралию, Сингапур и Малайзию, писатель начал работу над сценарием к одноименному фильму, ставшему классикой и бриллиантом советского кино. В тот же год Семеновым была выпущена повесть «Он убил меня под Луанг-Прабангом». Всем казалось, что в сутках Юлиана гораздо больше, чем двадцать четыре часа, иначе же было просто невозможно объяснить, как он успевал все сделать.
В 1970-ом году Комитет кинематографии отправил Юлиана Семенова в Испанию, а затем последовало очередное посещение США, Сингапура и ГДР. Ставшего уже довольно популярным на родине писателя впервые наградили медалью «За доблестный труд». В этом же году он написал романы «Бомба для председателя» и «Бриллианты для диктатуры пролетариата».
В течение 1971-1973-их годов Юлиан Семенов продолжал путешествовать по всему миру, одновременно работая над сценарием к фильму «Семнадцать мгновений весны». По приглашению своих друзей ему удалось побывать в Испании, а затем Франции, Бразилии и Чили.
Потом последовала поездка с семьей в Венгрию и Болгарию (в июле-августе 1972-го), а в ноябре вновь были командировки от Комитета кинематографии во Францию, Испанию, Андорру, Югославию и Венгрию. Причём, Семенов выдавал «на гора» литературные шедевры: детектив «Огарева, 6», повесть «Нежность», романы «Альтернатива» и «Испанский вариант». Продолжалась работа над главным сценарием всей его жизни.
После выхода на экраны кинофильма «Семнадцать мгновений весны» режиссёр, главные актёры и даже оператор удостоились Государственной премии РСФСР. По иронии судьбы единственным, кого не оказалось среди награждённых, был автор сценария и создатель Штирлица. Говорили, что после этого у писателя была глубокая депрессия. 

Большинство своих романов Семенов написал за двадцать-тридцать дней, максимум за два месяца. Он просто не мог по-другому работать. Его книги печатали во Франции, Америке, Германии, Италии. На арабском и японском языках. В мире вышло около 20 млн экземпляров. Семенов шутил: «Если бы я получал хотя бы десять процентов, а не одну десятую с этих миллионов, каким бы я был богатым человеком!»В период поездки в Испанию в 1974-ом году Юлиан Семенович познакомился с нацистским террористом и диверсантом Отто Скорцени, впервые согласившимся дать интервью. Результатом этой встречи стал рассказ «Скорцени – лицом к лицу». Позднее в тот же год вышел исторический детектив Семенова «Третья карта».
И вновь его ждала дорога и новые задания в Японии, Испании и США, где он познакомился с Эдвардом Кеннеди, младшим братом президента Джона Кеннеди. В 1975-ом вышел сборник рассказов «Возвращение в Фиесту».
В апреле 1976-го года «Литературная газета» командировала Семенова в Португалию, в июле он уже был на Кубе, а в августе вместе со старшей дочерью путешествовал по Абхазии.
В конце лета 1975-го писатель был награжден Государственной премией им. Горького. Во время поездки в Италию в 1977-ом году Юлиан Семенович написал повесть «Каприччиозо по-сицилийски» о связях мафии с нацизмом, а в августе уже с обеими дочерями снова отправился в Абхазию.
Большая популярность Семенова как киносценариста также не давала ему сидеть на месте. В марте 1978-го года он побывал в Польше, чтобы принять участие в съемках фильма о Феликсе Дзержинском, затем в апреле присутствовал на съемочной площадке фильма «Жизнь и смерть Фердинанда Люса» по его повести «Бомба для председателя».
Лишь в августе Юлиан Семенович сумел насладиться долгожданным отдыхом с дочками в Крыму, в период которого, однако, не прерывал работу над романом «ТАСС уполномочен заявить».
С 1979-го по 1982-ой годы Семенов был корреспондентом «Литературной газеты» в Западной Европе.
Бывая множество раз за границей, писатель познакомился со множеством известных людей и любопытных личностей: генерал-полковником СС Карлом Вольфом, личным архитектором Гитлера Альбертом Шпеером, балетным танцовщиком Сержем Лифарем, бароном-меценатом Эдуардом Фальц-Фейном, художником Марком Шагалом и писателем Жоржем Сименоном.
Именно с этими людьми писатель впоследствии создал комитет, занимающийся поиском загадочной Янтарной комнаты. В этот же период выходят в свет его романы «Смерть Петра», «Противостояние», «Приказано выжить», «Лицом к лицу», а также книга рассказов «Дождь в водосточных трубах». Параллельно писатель подготовил сценарии к двум крупным кинокартинам: «Крах операции «Террор» и «ТАСС уполномочен заявить».
В 1982-ом году Юлиану Семенову присвоили звание «Заслуженный деятель искусств» и наградили орденом Дружбы народов, а в 1983-ем году он по совету Льва Дурова начал строительство дома в Мухалатке в Крыму, который впоследствии стал его главным пристанищем и любимым местом работы.
А сегодня и музеем.

В этом же году он побывал во Франции и Швейцарии, закончил и выпустил новые романы: «Гибель Столыпина», «Аукцион», «Пересечения», «Псевдоним», «Межконтинентальный узел», «Пресс-центр» и сценарий к фильму «Противостояние». Следующие два года были по-прежнему наполнены поездками и непрекращающейся писательской деятельностью, свет увидели романы «Экспансия-1» и «Экспансия-2», «Научный комментарий».
Перестройка была встречена Юлианом Семеновым с восторгом. Он жаждал перемен, однако, по мнению близких, точно не предвидел и не хотел распада СССР.

Мгновения, мгновения, мгновения…

Однажды Семенов совершил поездку в Латинскую Америку, чтобы собрать информацию для очередной книги о Штирлице; он общался с агентами немецкой контрразведки, представляясь американским журналистом, говорил, что в это время чувствовал себя настоящим Штирлицем, находящимся в тылу врага.
— А что было бы, если бы нацисты узнали, что ты русский? — спросил его друг.
— Убили бы немедленно, — улыбнулся в ответ Семенов. 
— Нацисты — они и в Южной Америке нацисты. У них ничего не может измениться.Многие прямо называли Семенова гэбэшником. Ходили упорные слухи, что он был полковником (или даже генералом) КГБ и закадычным другом Андропова. Семенов говорил, что гораздо лучше дружить с чекистами, нежели быть преследуемым ими. Евтушенко как-то сказал по поводу Пушкина и декабристов — поэта не взяли в тайное общество, потому что он, будучи творческой натурой, все бы разболтал. То же самое можно сказать и о принадлежности к КГБ Юлиана Семенова.«Папа верил в социализм с человеческим лицом, хотя никогда не состоял в членах компартии. — Вспоминает дочь Семенова Ольга. — Он был на короткой ноге с Андроповым — тот часто помогал отцу, в том числе в работе с архивами. Когда зашла речь о перезахоронении Шаляпина, папа позвонил Андропову по «вертушке» и Юрий Владимирович уладил это за пять минут».В 49 лет Семенов поехал в Альпы, увидел, что там все катаются на горных лыжах. А он этого не умел. Тогда писатель немедленно встал на лыжи, на бешеной скорости съехал с горы и, не умея тормозить, врезался в какую-то горнолыжницу. Разбил нос, но остался очень доволен собой.

Семенов принимал участие в поисках знаменитой Янтарной комнаты, вывезенной фашистами из Ленинграда, опубликовав в газетах серию очерков на эту тему. Далее — Чили, франкистская Испания, Парагвай, разоблачение скрывающихся нацистских преступников, главарей сицилийской мафии, встреча с Отто Скорцени. Во Вьетнаме, где он был по заданию «Правды», Семенов попал в засаду и неделю скрывался с партизанами в пещере. Во время бомбежки его контузило. В итоге — глухота на одно ухо. Юлиан Семёнов побывал во многих горячих точках и в самой гуще политических событий, разворачивающихся в Афганистане, Испании, в Чили, на Кубе и в Парагвае. В частности, в Латинской Америке Юлиан Семенов занимался розыском гитлеровцев, избежавших суда в качестве военных преступников, и эмигрировавших в Латинскую Америку.
Многие годы Юлиан Семенов занимался поиском и возвращением культурных ценностей, вывезенных из СССР нацистами в годы Второй мировой войны. С этой целью им был создан Международный комитет, куда вошли Жорж Сименон, Георг Штайн, Джеймс Олдридж и прочие известные политики, писатели и общественные деятели.
Одним из важнейших направлений деятельности этой организации был поиск Янтарной комнаты, в чем ему активно помогал барон Э. фон Фальц-Фейн. Хотя поиски этого шедевра декоративно-прикладного искусства не имели успеха, впоследствии им была написана книга «Лицом к лицу». Кроме того, в результате работы Международного комитета на родину был возвращен прах Ф. И. Шаляпина, значительная часть собрания книг Дягилева-Лифаря, а также гобелен, изображающий семью последнего русского царя, вывезенный из Ливадийского дворца и другие культурные ценности
Важно то, что Юлиан Семенов не стремился к богатству, а скорее, наоборот, одним из первых в стране занялся благотворительностью. В созданной им газете «Совершенно секретно», он работал за символическую плату – 1 рубль в год. Мало кто знает, что Юлиан Семенович был также незаурядным охотником. Его охотничьи таланты известны даже за рубежом.

Говорят, что Семенов занимался возвращением на родину праха Рахманинова и Герцена. Гонорары за романы передавал Фонду культуры, Детскому фонду имени Ленина, вкладывал в дело книгоиздательства.Он умел и любил дружить. Ценил общение. Дружил с Аллой Пугачевой, которая ему говорила: «Юля, ты как ежик — пузо мягкое, а иголки носишь, чтобы казаться жестоким. На самом деле ты очень добрый». Когда она приезжала в гости, то пела его любимую песню «Летят утки и два гуся».

В 1986 Семенов становится Президентом Международной ассоциации детективного и политического романа (МАДПР) и главным редактором издания «Детектив и политика». Сам назначил себе символическую заработную плату — 1 рубль в год. Жил гонорарами.

В 1989 году Юлиан Семенов предложил Артему Боровику принять участие в создании газеты «Совершенно секретно». К тому времени Боровик был известным журналистом, специализирующимся на военных репортажах. Как всегда, Семенов не ошибся в выборе партнера.

Штирлиц — выдуманная правда

За годы творческой биографии Семенов стал автором сотен повестей, романов, киносценариев, документально-публицистических статей и пьес. В литературном наследии Семенова есть также есть два сборника рассказов, 5 романо-версий, касающихся гибели известных людей. Кроме этого, ему удалось взять интервью у ряда знаменитостей, включая нациста Отто Скорцени, личного архитектора Гитлера – Альберта Шпеера и одного из руководителей СС Карла Вольфа.
Юлиан Семенович Семенов написал много остросюжетных романов. Самыми известными романами Семёнова являются произведения, посвященные Исаеву-Штирлицу. На их создание его натолкнула записка, найденная в архивах, в которой упоминался некий агент Дзержинского. Всего в цикле произведений о неуловимом разведчике 14 романов. Некоторые из них, в том числе знаменитые «17 мгновений весны» были экранизированы.
Героем другого известного цикла произведений Семенова является журналист Дмитрий Степанов. Этому герою автор придал черты самого себя, а сами романы частично носят автобиографический характер.

Юрий Андропов придумал, как создать утонченно-пропагандистский фильм о победе СССР в Великой Отечественной войне. Писатель Юлиан Семенов был допущен к архивам КГБ. За съемками «Семнадцати мгновений весны» Андропов следил лично. На специальном просмотре для разведчиков-нелегалов фильм получил единодушное одобрение. Леонид Брежнев полюбил этот телесериал, как, впрочем, и миллионы советских людей. Но генсек наградил за этот фильм всех, кроме Юлиана Семенова, чем очень его обидел… Через год писатель все-таки получил орден Дружбы народов, а заодно еще и звание заслуженного деятеля искусств. За публикацию романа он получил 500 рублей, за сценарий к фильму — 50 тысяч. Тогда это были огромные деньги!С режиссером Татьяной Лиозновой Семенов долго спорил по поводу кандидатуры на роль Штирлица. Лиознова хотела снимать Арчила Гомиашвили. А Семенов боролся за Тихонова.

Лиознова дописала к сценарию — и очень этим гордилась — сцену встречи Штирлица с женой, Семенов рвал на себе волосы: «Поймите, это же вранье! Ни одна секретная служба мира не позволит встречаться своему разведчику с женой после двадцатипятилетней разлуки, да еще и во враждебном государстве!»

Нагаданная смерть

Как-то зимним вечером в дом к Семенову заехала подруга Фиделя Кастро Маргарет. Она замечательно гадала и после ужина предложила: «Могу вам предсказать будущее». Юлиан с женой и гостьей уединились в кабинете. Когда вышли — писатель натянуто улыбался. Детям ничего не сказали. А Семенов после того вечера часто повторял: «Это произойдет очень быстро: бах! В мозгу лопается сосудик — и все!» А потом мгновенно переводил все в шутку: «Умер-шмумер — не беда, лишь бы был здоров!» К сожалению, все произошло так, как нагадала Маргарет. Ему стало плохо в машине: «лопнул сосудик» — тяжелейший инсульт, клиническая смерть, отнялись ноги — болезнь его так уже и не отпустила… Потом были еще два кровоизлияния в мозг. Из-за болезни Семенов не мог работать, не мог ходить и с трудом разговаривал. Он любил, когда ему читали Пушкина или Алексея Толстого («Гиперболоид инженера Гарина» был одной из его любимых книг). Однако выдержать мог всего две-три страницы… Судьба страны волновала его до последнего — когда Семенову рассказали про путч 1991 года, он прошептал, что это закончится через три дня.

Четвертого инсульта писатель не выдержал. 5 сентября 1993 года Юлиан Семенов умер. Он ушел, оставив после себя более 30 книг, двух дочери и внуков. И еще легенды, которые он не уставал пестовать при жизни…Младшая дочь писателя Ольга живет с семьей во Франции. Но часто приезжает в Крым, в поселок Мухалатку, куда отец сбегал из Москвы творить. Там он провел последние годы. 

В смерть «отца» Штирлица не верят и сегодня. Посетители Новодевичьего кладбища, натыкаясь на его могилу, удивляются: «Разве Семенов умер?» Только вот не дает людям покоя мысль, что это была не простая смерть.

Смерть под грифом «Совершенно секретно»

В прошлом году в России отметили 90-летие со дня рождения Юлиана Семенова – талантливого журналиста, публициста, писателя, сценариста, автора всем известных советских литературных и кинематографических бестселлеров. Отметили, на мой взгляд, весьма скромно: несколько протокольных публикаций в СМИ, обязательные воспоминания друзей и близких. В кинотеатре «Художественный» прошел негромкий памятный вечер с участием актера – депутата Евгения Герасимова и кинооператора Игоря Клебанова.

В столичных кинотеатрах рискнули организовать благотворительный (т.е. даром! – авт.) просмотр фильмов, снятых по сценарию Семенова. Пожалуй, все. Как тут не вспомнить регулярные, чуть ли не еженедельные (не удивлюсь, если будут и ежедневные – авт.) помпезные «юбилейные» творческие вечера в Кремлевском дворце вызывающих аллергию безголосых и престарелых певцов и певичек, пожизненно оккупировавших все российские сцены?

Первую громкую славу Юлиан Семенов познал, издав в 1963 – 1965 г.г. трилогию о Петровке – 38. Затем появился первый роман о легендарном Максиме Исаеве «Пароль не нужен», который затем трансформировался в знаменитый телесериал «Семнадцать мгновений весны». Успех был оглушительный: генсек Брежнев, просмотрев несколько этот фильм и утерев слезы, говорят, дал поручение КГБ найти и представить к золотой Звезде героя соцтруда полковника Исаева! Главе КГБ Юрию Андропову стоило больших трудов убедить сентиментального генсека в том, что образ Штирлица художественный и собирательный, лишь талантливо сыгранный на экране актером Тихоновым. Брежнев, говорят, расстроился, но велел все же вручить золотую Звезду уже самому Тихонову, что и было исполнено 28 июня 1982 г.Во всяком случае, сам Вячеслав Тихонов свою награду получил вполне заслуженно: мало кто из советских актеров сделал столько полезного и интересного для отечественного кинематографа, как он.

Юлиан Семенов писал много и талантливо в своем крымском доме, названном самим писателем «Виллой Штирлица». Сегодня там дом – музей Семенова, который открыт круглый год и принимает туристов бесплатно. На письменном столе писателя – такой же творческий беспорядок, как и при его жизни. Около пишущей машинки его записка: «Я скоро вернусь». Увы, уже не вернется…У машинки, на которой писатель напечатал почти все свои эпохальные произведения, тоже есть своя эпохальная легенда. Говорят, когда во время дружеских застолий, которые Юлиан Семенов любил организовывать для друзей, писатель внезапно садился за рабочий стол и начинал что-то печатать, гости шепотом говорили друг другу: «Т-с-с… Юлиан печатает деньги. Уходим…» Если это и легенда, то очень похожая на правду.

А вот то, что во время показов «Семнадцати мгновений весны» на городских улицах становилось малолюдно – чистая правда. Как и то, что в эти дни официальные милицейские статисты фиксировали небывало низкий процент правонарушений: даже хулиганы и медвежатники истово переживали у экранов за судьбу Исаева – Штирлица.

Тайны секретного холдинга.

В апреле 1986-го года вместе с отцом в Англию отправилась младшая дочь Ольга, чтобы присутствовать на съемках фильма по сценарию Семенова «Лицом к лицу». В этом же году Юлиана избрали президентом Международной ассоциации писателей детективного и политического романа (МАДПР), а в мае он вместе с Ольгой побывал в США на церемонии вручения премии Эдгара По. Весьма почетным для Юлиана Семеновича стало избрание его в 1986-ом году членом Нью-Йоркской Академии наук. Тогда же начинает выходить созданный им журнал «Детектив и политика».
В 1988-ом году Семенов поучаствовал в создании советско-французского издательства ДЭМ и совместно с Василием Ливановым и Виталием Соломиным открыл в Москве экспериментальный театр «Детектив», в котором стали ставиться детские спектакли и остросюжетные, детективные пьесы на злобу дня. К сожалению, вскоре после болезни писателя театр был закрыт по причине неразрешенных споров об аренде помещения в Центральном доме офицеров, где он находился.

В 1986 г. Юлиан Семенов создает Международную ассоциацию детективного и политического романа (МАДПР), а в 1989 г. организует первую частную газету «Совершенно секретно», которая своими публикациями и миллионными тиражами затмила славу почти всех СМИ-фаворитов тогдашнего медийного рынка.  «Совершенно секретно», вскоре превратилась в фундамент крупного медиахолдинга. Именно в этом «семеновском» издании окрепла и получила официальный статус привычная сегодня многим читателям рубрика «журналистское расследование».

Не секрет, что Юлиан Семенов был тесно связан своим творчеством и со всесильным тогда КГБ. По личному разрешению Андропова писатель имел допуск во многие архивы, где знакомился с подлинными оперативными документами, которые в позднем трансформированном и художественном виде отражались в его произведениях. До сих пор бытует мнение о том, что Семенов, дескать, и сам был аттестованным «комитетчиком». Но его друзья и близкие эту версию категорически отрицают, хотя сам писатель, беспрепятственно по своей творческой прихоти выезжавший в любую страну и имевший за рубежом большое количество именитых друзей, конечно, мог выполнять и какие-нибудь просьбы людей в погонах. Во всяком случае, сам Семенов никогда не отрицал, что иногда по этим просьбам с кем-то и встречался за рубежом, а то и привозил «оттуда» какую-нибудь оригинальную информацию. Ведь не за красивые глаза помещение под редакцию «Совершенно секретно» ему, говорят, помогла получить настойчивая протекция именно влиятельных товарищей с Лубянки. Если это так, то можно считать эту сделку одной из самых блестящих медийных операций всесильного ведомства.И вновь в его жизни началась пора непрерывных поездок: сначала в Германию, потом в США, Мексику и Францию. Такой напряженный ритм жизни, зачастую полный лишений, с отсутствием полноценного отдыха не мог не отразиться на здоровье этого несгибаемого, но уже немолодого человека.

На творческом счету Семенова много знаковых исторических расследований, которые публиковались на страницах нового издания. Чаще всего ими занимался либо сам писатель (поиск «Янтарной комнаты», расследование убийства актрисы Зои Федоровой или исчезнувшего «Золота партии»), либо его первый заместитель Александр Плешков. Именно с этими расследованиями до сих пор связывают и череду таинственных происшествий, и внезапных смертей, как самого писателя, так и его некоторых ближайших сподвижников. Например.

Весной 1990 г. заместитель Семенова по «Совершенно секретно» Александр Плешаков, занимавшийся расследованием пропажи т.н. «Золота партии» и бывший по некоторым данным экс-сотрудником ГРУ, выехал в Париж для встречи со скандальным тогда писателем Эдуардом Лимоновым, который вроде бы обещал сообщить какие-то потребности. Тот по русской хлебосольной традиции организовал банкет в честь земляка в ресторане «Ла Куполь», на который пригласил многих французских журналистов и издателей, в том числе - и редактора журнала «VSD». То, что среди гостей могли оказаться агенты спецслужб, обсуждается российскими специалистами, историками и журналистами до сих пор.На презентации газеты "Совершенно секретно" и журнала "Детектив и политика", г. Москва : 1989. В центре - Юлиан Семенов, слева - А. Плешков, Президентская библиотека..

Вскоре после банкета, на котором Плешаков долго о чем-то приватно говорил с главой «VSD», уже в отеле стало плохо. Сотрудники советского посольства, бывшие на том рауте, по телефону портье вызвали в отель лишь посольского врача, который, к слову сказать, так и не приехал. Видя, что Плешакову становится все хуже, уже сам портье позвонил в «Скорую помощь». Но приехавшие французские медики констатировали лишь смерть советского гостя. Вскрытие показало, что у него внезапно открылось обильное внутреннее кровотечение, которое поразило почти все внутренние органы. Такое обычно бывает при отравлениях определенными видами ядов. (Примерно такой же диагноз врачи поставили и погибшему в Москве известному своими расследованиями журналисту Юрию Щекочихину – авт.). Плешакову был всего 41 год…

Бывший в те дни тоже в Париже Семенов узнал о смерти друга утром. Он же организовал с помощью российских дипломатов перевозку тела Плешакова в Москву в запаянном цинковом гробу. Характерно, что ни родным умершего, ни советским врачам так не показали ни свидетельства о смерти, ни заключения о причинах смерти. Начинались множиться тайны, которые как-то незаметно со страниц семеновских детективов перешли и в его мирскую жизнь.

Гибель товарища Юлиан Семенов очень переживал и даже как-то обронил фразу о том, что, дескать, она не станет последней среди тех, кто связан с газетой «Совершенно секретно». Слова оказались печально-пророческими: 9 сентября 1990 г. трагически погибает протоиерей Александр Мень, бывший членом редколлегии. Убийцу священника так и не нашли, как не установили до сих пор и сам мотив преступления? Говорили правда, что Мень вроде бы хотел предать гласности какие-то неблаговидные делишки среди иерархов РПЦ, но… Тут же стали возникать различные, в том числе и доморощенные версии о смерти и Плешакова.

В кругах «близких к…» заговорили о том, что Плешаков, дескать, узнал от скандального Лимонова какие-то сенсационные подробности о т.н. «Золоте партии» и его исчезновении из московских партийных схронов. Впрочем, длилось это недолго: вряд ли Эдичка, изгнанный из СССР и развлекающийся на Западе, по его же признаниям, пардон, в основном оральным сексом с какими-то неграми, мог что-либо знать. А если бы и знал, то и без всяких посредников тут же за хорошие бабки загнал бы сенсацию в какой-нибудь западный таблоид. Хотя бы в тот же журнал «VSD».

Вскоре эта версия трансформировалась: пошли разговоры о том, что Плешаков якобы через Лимонова сам хотел продать какие-то убойные «золотые» материалы в тот же журнал «VSD». Тоже не бьется: зачем ему был нужен нищий посредник Лимонов, когда Плешаков сам был знаком и с главным редактором, и с владельцами «VSD»? Ко всему, у него в руках уже была газета «Совершенно секретно», публикации в которых мгновенно разлетались по всему миру и их тут же варварски перепечатывали западные газеты и журналы. Да и гонорары за такие материалы в «Совсекретно» Семенов авторам выплачивал более чем щедрые.

Скоро возникла еще одна версия: дескать, Плешаков привез в Париж лично Семенову какой-то серьезный компромат уже на самого Горбачева! Но и она оказалась сказкой: зачет тащить такой опасный во всех смыслах материал через несколько границ куда-то на Запад, если его спокойно можно было отдать в руки Семенову в Москве? А тот бы без сомнений сделал из него «материал номера» в своей газете: скандалов и преследований Юлиан Семенов не боялся. Скорее, боялись его, зная, что тот при необходимости может легко позвонить самому Андропову…

Еще одна версия, возможно и похожая на относительную правду: дескать, редактор французского журнала сам хотел передать советскому коллеге какую-то информацию о якобы обнаруженных им во французских банках таинственных счетах «на предъявителя», к которым могли иметь отношения и советские партийные чиновники. Хотя как любой западный редактор, он, по законам медийного рынка, конечно же опубликовал бы это расследование в своем журнале: зачем отдавать сенсацию куда-то в СССР, где у VSD не было ни подписчиков, ни читателей? Так это или нет, сегодня уже не узнать…

20 мая 1990г. Юлиан Семенов выехал на встречу с австралийским медиа-магнатом Рупертом Мэрдоком. Речь должна была пойти о покупке миллиардером газеты «Совершенно секретно» со всеми архивами или включении ее в собственный информационный холдинг. Семенова в этой поездке сопровождала британская журналистка ВВС Оливия Лихтенштейн, которая снимала для своей редакции документальный фильм – расследование о смелом для СССР медийном проекте Юлиана Семенова.

Незадолго до встречи писателю вдруг в машине стало плохо: инсульт! Его срочно госпитализировали, сделали операцию, но болезнь оказалась сильнее: Семенова парализовало и ни о какой-либо активной его деятельности речи уже быть не могло. Еще почти три года врачи ЦКБ боролись за его жизнь, которую, увы, можно уже было лишь поддерживать. Юлиан Семенов умер 15 сентября 1993 года в возрасте 61 года. После окончания похоронной процессии тело Семенова было кремировано. Неожиданный уход литературного гиганта потряс многих не только в нашей стране, но и за рубежом.Его пост главреда в «Совершенно секретно» занял сын знакового советского обозревателя и тоже уже известный журналист Артем Боровик.

Конечно, сразу заговорили о том, что болезнь и смерть самого Семенова тоже не была случайными, а стали логичным и спланированным финалом его журналистской и писательской деятельности: слишком уж много знал!Действительно, Семенов знал много. Долгое время он занимался поиском знаменитой Янтарной комнаты, часто выезжал за необходимой информацией за рубеж: в Германию, США, Францию, Лихтенштейн, Аргентину, Чили и т.д. Встречался со знаменитым гитлеровским диверсантом Отто Скорцени, генералом СС Карлом Вольфом, которого в «Семнадцати мгновениях весны» убедительно сыграл Василий Лановой. В тех расследованиях ему активно помогали немецкие коллеги: журналист Георг Штайн и бывший полковник МВД Пауль Энке. По некоторым данным, им действительно стали известны какие-то сенсационные подробности исчезновения в 1945 г. из Королевского замка г. Кёнигсберга ящиков с панно всемирно знаменитого шедевра, но… Вскоре Георга Штайна нашли в какой-то лесной избушке со следами жестокой насильственной смерти. Пауль Энке, работая в одном из немецких архивов, выпил в перерыве чашечку кофе, которым его угостил кто-то из сотрудников и вскоре… скоропостижно скончался. Причем со схожими, как и у Плешакова, признаками отравления. Обе смерти, конечно, остались нераскрытыми.

9 марта 2000 г. в странной авиакатастрофе погибает и ставший после Семенова главным редактором «Совершенно секретно» Артем Боровик. Диверсия? Случайность, стечение обстоятельств? Все возможно, но как-то уж очень много этих странностей вокруг одного и того же издания… Как тут не вспомнить слова самого Семенова о том, что всех, кто так или иначе связан с деятельностью газеты, может ожидать смерть? Особенно после гибели в декабре 1992 г. в ДТП и генерала ГРУ Юрия Гусева, который незадолго до аварии со слов обозревателя «Красной звезды» Сергея Турченко доверительно сказал ему о том, что доподлинно знает, где находится Янтарная комната…

Его внезапная болезнь стала причиной множества слухов, и даже самые близкие люди не поверили в ее естественное происхождение. В частности, дочь Юлиана Семенова в посвященном ему документальном фильме заявила, что «отца устранили».
Та же версия была озвучена и многими его бывшими коллегами. Подозрения были косвенно подкреплены тем фактом, что незадолго до инсульта Семенова в Париже был отравлен его соратник и заместитель Александр Плешаков. Именно с ним вместе Юлиан Семенович занимался расследованием того, куда исчезло так называемое «золото партии».
Кроме того, по странной «случайности» инсульт у писателя случился за час до его встречи с Джоном Эвансом — представителем медиа-магната Р. Мэрдока. На ней было запланировано окончательно решить вопрос о создании международного холдинга под все тем же брендом «Совершенно секретно».
Поэтому многие родственники и коллеги писателя считали, что он был «устранен», поскольку многим переходил дорогу и лез туда, куда не стоит, что его убрали как человека, который слишком много знал и был посвящен в различные запретные тайны сильных мира сего.
Семенов действительно почерпнул огромное количество любопытных знаний из архивных документов, над изучением которых провел значительную часть своей жизни.
Он любил повторять, что тот, «кто может контролировать прошлое, никогда не растеряется в настоящем и не заблудится в будущем».
Именно в архивных хранилищах в бумагах Юлиан Семенович нашёл и раскрыл множество секретов и тайн. Возможно, именно они и стали поводом для его устранения.
А может решающую роль сыграло начатое в 1989-ом году расследование о выводе крупных капиталов из СССР за границу. Ведь известно, что все участники данного следствия ушли из жизни практически в одно и то же время и при странных обстоятельствах.
Причиной также могло быть и постоянное стремление Юлиана Семенова отыскать пресловутую Янтарную комнату, материалам о которой практически в каждом номере «Совершенно секретно» было отведено особое место. Писатель был уверен, что этот шедевр, когда-то украденный гитлеровцами, находится на территории Южной Америки. Может статься, он подобрался к разгадке этой тайны слишком близко.
В письмах своим дочерям Семенов всегда утверждал, что считает ощущение риска одним из главных элементов творчества.
Юлиана Семеновича всегда отличала неизменная принципиальность при оценке происходящего. Его нельзя было отнести к тому обществу, в котором он жил. Обществу, законы которого он никогда не понимал и не принимал.
Все его заслуги были результатом титанического труда, упорства и безграничной творческой любознательности.
Успешный писатель всегда был предметом обсуждения завистников, утверждавших, что львиная доля его успеха является следствием удачной женитьбы на приемной дочери С. В. Михалкова и Н. П. Кончаловской от ее первого брака.
Однако, по словам самого Семенова, он никогда не старался использовать имя и влияние знаменитого тестя себе во благо. Официально Екатерина Сергеевна и Юлиан Семенович были супругами около 30 лет. Однако их союз трудно было назвать счастливым. Спустя 17 лет совместной жизни, имея двух дочерей-подростков, Семенов ушел из семьи, и около 13 лет с супругой его связывало только свидетельство о браке, так как он не был официально расторгнут.
Однако, когда здоровье писателя сильно ухудшилось, Екатерина Сергеевна, несмотря на 13-летний перерыв в отношениях, вернулась к тяжелобольному мужу и ухаживала за ним до последних дней жизни.
Некоторые советские историки приписывали заслугу создания образа Штирлица Юрию Владимировичу Андропову, ибо Семенова часто обвиняли в слишком тесном сотрудничестве с этим политиком.
Однако они умалчивали о том факте, что даже во время разговоров на деликатные темы Юлиан Семенов всегда сохранял собственную позицию, невзирая на общепринятую точку зрения представителей власти или общества. Он никогда не шел на унизительные и сомнительные компромиссы.
Постоянная творческая спешка, желание все успеть, невзирая на болезнь (большую часть жизни писатель болел туберкулезом), уход в периодические «творческие запои», когда Семенов мог месяцами, отгородившись от мира, работать над своими произведениями – все это отдаляло гениального писателя от семьи и подвергало огромным моральным и физическим перегрузкам. Но только так он был способен почувствовать себя живым.
После смерти писателя, благодаря стараниям дочери Ольги, главная творческая кузница Семенова, дача в Мухалатке, превратилась в всегда открытый для посетителей дом-музей.Дом-музей Юлиана Семенова в Крыму. 
Преданные ценители творчества талантливого писателя и интереснейшего человека, попадая в нетронутую обстановку его комнат, могут и сегодня почувствовать ту незабываемую атмосферу, в которой работал творец, мастер литературного жанра и неутомимый генератор самых невероятных историй.
Обладая недюжинным писательским талантом, Юлиан Семёнов смог выйти за рамки написания статей пропагандистского характера, чтобы вскрывать тайны истории и выявлять темные стороны жизни советского общества. Юлиан Семенов унес с собой и все тайны, раскрыть которые пытался при жизни. 
Памятник Юлиану Семенову в Крыму.

https://argumenti.ru/society/2021/11/745434

http://chitaem-vmeste.ru/reviews/articles/oleg-fochkin-zhizn...

https://mt.argumenti.ru/blog/43908727378/Smert-pod-grifom-So...

http://obshe.net/posts/id3774.html

https://moskva.bezformata.com/listnews/yulian-semenov-nado-v...

Картина дня

наверх