23 ноября 1924 года погиб Николай Соколов — следователь по делу об убийстве Царской Семьи
По официальной версии, Соколов внезапно скончался от разрыва сердца в возрасте 42 лет в саду своего дома во Франции, где и был похоронен (на кладбище г. Сальбри).
Над его могилой друзьями был поставлен крест, на котором написаны слова из Псалтири: «Правда Твоя — Правда во веки» (Пс.
Николай Алексеевич Соколов родился 21 мая 1882 года в Мокшане Пензенской губернии, в купеческой семье. Он окончил гимназию в Пензе, затем – юридический факультет Харьковского университета и в 1907 году стал судебным следователем Краснослободского участка родного Мокшанского уезда. В это непростое время Соколов обратил на себя внимание, участвуя в расследовании многих непростых дел, и в 1911 году его назначили следователем по важнейшим делам Пензенского окружного суда.
В 1914 году он получил звание надворного советника, что по военной табели о рангах соответствует чину подполковника. Несмотря на относительную молодость, он был избран председателем Союза судебных следователей Пензенского окружного суда, что говорит о многом.
На фото: НИКОЛАЙ СОКОЛОВ
Фото: из архива Сергея Нечаева
КРОВАВАЯ КУПЕЛЬ РЕВОЛЮЦИЙ
Февральскую и особенно Октябрьскую революцию Соколов воспринял как катастрофу. Он с болью принял известие об отречении императора Николая II и решительно отказался сотрудничать с советской властью. Напротив, он уволился со службы и, переодевшись крестьянином, отправился пешком в Сибирь, к белым.
Скрываясь от большевиков во время своего бегства из Пензы (а он двигался через Сызрань и Уфу), Николай Алексеевич вскоре стал похож на настоящего бродягу.
И тут его доброе и справедливое отношение к преступникам, проявленное в прошлом, спасло ему жизнь.
В книге Михаила Константиновича Дитерихса, которого в свое время Колчак назначил руководителем комиссии по расследованию убийства императорской семьи (потом генерал Дитерихс был начальником штаба Колчака), есть рассказ о том, как в одной деревне Соколов случайно наткнулся на мужика, за три года до этого изобличенного им в ограблении и убийстве. Мужик был осужден на длительный срок, однако революция освободила его и дала ему возможность вернуться в родную деревню. Он, конечно же, узнал Соколова, и Соколов узнал его.
Кругом были красноармейцы, и мужик мог легко отомстить. Однако недавний «убивец» не сделал этого, пригласил бывшего следователя к себе в избу, накормил и дал переночевать. А наутро, отправляя Николая Алексеевича, принес ему старую шапку и подал со словами: «На, возьми вот, твоя шапка уж больно хороша, догадаются».
СЛЕДОВАТЕЛЬ ПО ОСОБО ВАЖНЫМ ДЕЛАМ
Добравшись до белых, Соколов получил назначение в Омский окружной суд судебным следователем по особо важным делам. Надо сказать, что Екатеринбург был отбит у большевиков 25 июля 1918 года. И уже 30 июля началось судебное расследование по делу об убийстве императорской семьи. Первоначально оно было доверено судебному следователю Екатеринбургского окружного суда А. П. Намёткину. Затем дело у него отобрали и передали члену суда И. А. Сергееву.
18 ноября 1918 года верховная власть была сконцентрирована в руках адмирала Колчака. 17 января 1919 года адмирал дал приказ упомянутому генералу Дитерихсу, чтобы тот представил ему все найденные вещи императорской семьи, а также все материалы следствия. В соответствии с этим приказом судья Сергеев, постановлением от 25 января 1919 года, выдал генералу Дитерихсу протоколы следствия и все вещественные доказательства, а в первых числах февраля генерал доставил все это в Омск, в распоряжение Верховного правителя.
5 февраля адмирал Колчак вызвал к себе Н. А. Соколова и приказал ему ознакомиться с материалами дела, а затем представить свое мнение о дальнейшем порядке расследования.
7 февраля 1919 года Соколов получил соответствующее распоряжение от министра юстиции. В тот же день он принял от генерала Дитерихса все протоколы следствия и вещественные доказательства, и именно с этого момента уже Николай Алексеевич начал свой тяжелейший труд по раскрытию убийства бывшего императора и членов его семьи.
Сам он потом написал: «Мне было поручено производить расследование убийства императора и его семьи. С юридической точки зрения я старался сделать все возможное, чтобы найти истину и довести ее до будущих поколений».
3 марта ему была вручена следующая охранная грамота:
«Верховный правитель России.
3 марта 1919 года.
№ 588/Б 32, город Омск.
ВСЕМ
Настоящим повелеваю всем местам и лицам исполнять беспрекословно и точно все законные требования судебного следователя по особо важным делам Н. А. Соколова и оказывать ему содействие при выполнении возложенных на него по моей воле обязанностей по производству предварительных следствий об убийстве бывшего императора, его семьи и великих князей.
Адмирал А. Колчак.
Исполняющий обязанности директора канцелярии
Верховного правителя генерал-майор В. Мартьянов».
ОБЛОЖКА ДЕЛА ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ ПО УБИЙСТВУ НИКОЛАЯ II
Фото: из архива Сергея Нечаева
Он лично осмотрел дом Ипатьева в Екатеринбурге, находил очевидцев и допрашивал свидетелей. К сожалению, дело попало в руки Соколова с большим опозданием, из-за чего немало следов и деталей преступления успели пропасть.
Как только сошел снег, Соколов организовал поисковые работы в зловещем урочище Четырех Братьев и на много километров вокруг. Всего было обследовано 29 шахт. После этого следователь сделал вывод: императорская семья была убита, трупы расчленены и сожжены при помощи бензина, а обугленные останки уничтожены серной кислотой.
В настоящей книге, изданной в 1925 г. в Берлине, следователь по особо важным делам Омского окружного суда Николай Алексеевич Соколов опубликовал целый комплекс документов о гибели императора Николая II и его семьи. Следователь Соколов оказался первым, кто сумел с известной полнотой ответить на вопрос, который являлся десятки лет одной из самых охраняемых тайн советского государства. По его словам, он в пределах права «старался делать все возможное, чтобы найти истину и соблюсти ее для будущих поколений». Он понимал, что «личность потерпевшего и реальная действительность, в условиях которой совершилось преступление, придают ему особый характер – явления исторического». Свидетельства Соколова на долгие годы явились непререкаемым авторитетом в деле о гибели императора и его семьи.
Незаконченная книга Н.А. Соколова "Убийство царской семьи" («смерть настигла его посреди работы», - пишет в предисловии ее публикатор князь Н. Орлов) была напечатана в 1925 году. Однако многое в опубликованном тесте настораживает: как готовили публикаторы к печати книгу, написанную "до середины"?
Выводы следствия Соколова к тому времени уже были изложены в книгах Р. Вильтона и М.К. Дитерихса, имевших копии следственного дела. Это прежде всего вывод о ритуальном убийстве Царской Семьи. Известно, что Соколов продолжать собирать сведения именно в этом направлении – о причастности к цареубийству еврейского банкира Я. Шиффа, главы американского финансового мiра, финансировавшего революцию в России.
Однако, странным образом, в изданной уже в 1925 г. книге "Убийство Царской Семьи. Из записок судебного следователя Н.А. Соколова" теме ритуального убийства и причастности к этому евреев не уделено внимания. Не упоминается даже о приезде в Екатеринбург чернобородого раввина и о посещении им места уничтожения тел, не дается должной оценки надписям в Ипатьевском доме, которые явно были сделаны теми, кто сознавал ритуальный смысл этого убийства именно в иудейском значении. (Одна из надписей, на немецком языке, является парафразой стихотворения Гейне об убийстве последнего вавилонского царя Валтасара за то, что он осквернил своими устами еврейские священные сосуды.) Кроме того, зная «исключительную преданность» Соколова Царской Семье (характеристика, данная ему генералом Дитерихсом, с. 176) – Николай Алексеевич считал свое служение ей и после цареубийства делом всей своей жизни – странно читать передаваемые им резко критические замечания в адрес "истерички" и "религиозной фанатички" Государыни Александры Феодоровны, которая якобы диктовала Государю свою волю в управлении страной, и потому всё пришло к краху... Такую клевету февралистов Соколов повторять никак не мог, это не его слова и мысли в книге.
В предисловии за подписью князя Н. Орлова утверждается при этом, что «Соколову пришлось много и болезненно бороться за отстояние этой правды от тех, кто пытались использовать ее в своих личных целях… Он решился сам огласить истину – сам от себя, а не под флагом какой бы то ни было политической партии». Похоже, эта фраза выдает главную цель публикаторов: представить цензурированный и искореженный ими труд Соколова как "истину в последней инстанции", косвенно опровергающую главные выводы таких "антисемитов", как Дитерихс и Вильтон.
Перед смертью Соколов готовился к поездке в Америку к автопромышленнику Генри Форду, известному своими антисемитскими взглядами. Тот приглашал его в качестве главного свидетеля на готовившийся процесс против… банковского дома Kuhn, Loeb & Co, которым руководил тот самый Яков Шифф. К тому моменту у Соколова были доказательства, что убийство Царской Семьи было организовано сионистскими кругами в Америке и носило ритуальный характер.
А 23 ноября 1924 года автор этой книги был найден мертвым. Ему было всего 42 года, и точная причина смерти так и не была установлена. Внезапная смерть следователя нарушила эти планы. Сам Форд спустя некоторое время тоже отозвал свои судебные иски к банкирам-сионитам…
Кстати, так же «вдруг» и тоже во Франции (через два месяца после смерти Соколова) умер и Роберт Арчибальд Вильтон. Ему не было и шестидесяти, а знаменит этот англичанин тем, что работал в России в годы Первой мировой войны, Октябрьской революции и Гражданской войны. А еще он автор книги «Последние дни Романовых». Он приехал в Екатеринбург в апреле 1919 года и стал… одним из активнейших участников расследования обстоятельств убийства императорской семьи. Наверное, продолжать не надо? Добавим лишь, что Вильтон по поручению Соколова хранил у себя один из экземпляров следственного дела.
В начале 2000-х годов специалисты Генеральной прокуратуры довели до конца расследование екатеринбургской трагедии. Они собрали и проанализировали сотни документов, свидетельских показаний и, главное, нашли и идентифицировали останки императора, его семьи и приближенных. Следствие, начатое летом 1918 г., завершено почти через сто лет.
https://www.sovsekretno.ru/articles/istoriya/on-slishkom-mno...
https://runivers.ru/lib/book7852/453668/
https://legitimist.ru/news/2024/04/lekcziya-podvig-sledovate...
Он лично осмотрел дом Ипатьева в Екатеринбурге, находил очевидцев и допрашивал свидетелей. К сожалению, дело попало в руки Соколова с большим опозданием, из-за чего немало следов и деталей преступления успели пропасть.
Как только сошел снег, Соколов организовал поисковые работы в зловещем урочище Четырех Братьев и на много километров вокруг. Всего было обследовано 29 шахт. После этого следователь сделал вывод: императорская семья была убита, трупы расчленены и сожжены при помощи бензина, а обугленные останки уничтожены серной кислотой.
РАССЛЕДОВАНИЕ СОКОЛОВА
Как только сошел снег, Соколов организовал поисковые работы в зловещем урочище Четырех Братьев и на много километров вокруг. Всего было обследовано 29 шахт. После этого следователь сделал вывод: императорская семья была убита, трупы расчленены и сожжены при помощи керосина, а обугленные останки уничтожены серной кислотой.
В ходе проведенного кропотливого расследования было установлено, что, помимо семьи бывшего императора, в 1918–1919 годах была уничтожена «целая группа Романовых», по тем или иным причинам оставшихся в России. Первым был убит в Перми великий князь Михаил Александрович. Плюс в Петрограде были расстреляны великие князья Павел Александрович, Дмитрий Константинович, Николай Михайлович и Георгий Михайлович.
А ровно через сутки после убийства в Екатеринбурге в Алапаевске были казнены великие князья Сергей Михайлович, Игорь Константинович, Иоанн Константинович, Константин Константинович, князь Владимир Палей, сестра императрицы Елизавета Фёдоровна и инокиня Варвара (в миру Варвара Алексеевна Яковлева).
Непосредственный начальник Н. А. Соколова генерал Дитерихс, характеризуя все эти убийства, назвал их «особо исключительными по зверству и изуверству, полными великого значения, характера и смысла для будущей истории русского народа».
Сам же Николай Алексеевич в конце февраля 1919 года опубликовал в омской газете «Заря» некоторые результаты своего расследования по делу об убийстве Николая II и его семьи.
После захвата Екатеринбурга красными (15 июля 1919 года) Соколов продолжил свою работу. Во время отступления белых он проводил допросы свидетелей и экспертизы. Затем последовал длинный и опасный путь через Омск и Читу на Харбин: надо было спасать следственные материалы.
В 1922 году следователь Соколов расшифровал телеграфные ленты переговоров между председателем ВЦИК Яковом Свердловым и чекистом Яковом Юровским. Об этом со ссылкой на статью К. Н. Финса пишет в своей книге «Николай II. Дорога на Голгофу» историк Петр Мультатули. Оказалось, что Свердлов в июле 1918 года сообщил Юровскому о том, что он доложил в Америку о существующей угрозе захвата императора белыми или немцами. В ответ ему был отдан приказ, подписанный Яковом (Якобом или Джейкобом) Шиффом о «необходимости ликвидировать всю Семью».ИЗ СИБИРИ – В ЕВРОПУ
В декабре 1924 года в белградской газете «Новое время» была опубликована статья «На могиле Н. А. Соколова», подписанная неким А. Ириным. Кто такой этот Ирин? По одной из версий, это мог быть Борис Львович Бразоль, служивший в свое время помощником министра юстиции И. Г. Щегловитова и бывший одним из активнейших деятелей «Чёрной сотни».
Он лично знал Соколова, и в статье он написал:
«В Харбине Соколов явился к английскому дипломатическому представителю, объяснил ему, какой драгоценный груз везет он, а потому просил защиты и содействия к вывозу дела в Европу. Английский дипломат отнесся в Соколову весьма сочувственно. Он не сомневался, что правительство разрешит пойти навстречу просителю, и в тот же день телеграфировал в Лондон. Ответ был совершенно неожиданный: Ллойд Джордж приказал прекратить всякие сношения с Соколовым, предоставив самому озаботиться судьбой порученного ему дела.
После отказа англичан помочь в спасении следствия об убийстве семьи двоюродного брата их короля, Соколов обратился к французскому генералу Жанену, который предоставил Соколову купе в своем поезде. Благодаря этому обстоятельству, Соколов благополучно прибыл в Пекин […] Жанен считал своим долгом помочь Соколову, чем мог, а потому на свой страх и риск принял от следователя весь следственный материал с вещественными доказательствами и доставил его в полной сохранности в Париж, где сдал российскому послу Гирсу. Вслед за тем прибыл в Париж и Соколов».
Отметим, что Морис Жанен был главой французской миссии при правительстве Колчака, и это именно он помог Соколову добраться до Франции. И там дотошный следователь продолжил работать, допрашивая всех, кто имел к этому делу хоть какое-то отношение. Он был совершенно уверен, что следствие еще далеко не закончено.
К сожалению, из 50 ящиков с документами и уликами из Сибири во Владивосток добралось лишь 29. Часть следственных материалов пропала по пути в Европу, еще часть – после загадочной смерти Соколова.
СОКОЛОВ В ПАРИЖЕ
16 июня 1920 года Соколов прибыл в Париж. Во Франции он составил отчет о расследовании убийства императорской семьи для вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны. Восемь томов дела были подготовлены для передачи в суд.
Николай Алексеевич писал: «Никакой исторический процесс немыслим вне представлений прошлого. В этом нашем прошлом – тяжкое злодеяние: убийство царя и его семьи. Правдивым рассказом я полагал бы послужить моему родному народу».
И, надо сказать, часть материалов следствия была им опубликована в 1924 году на французском языке (Nicolas Sokoloff. Enquête judiciaire sur l’assassinat de la Famille Impériale Russe. Paris, 1924).
И, надо сказать, часть материалов следствия была им опубликована в 1924 году на французском языке (Nicolas Sokoloff. Enquête judiciaire sur l’assassinat de la Famille Impériale Russe. Paris, 1924).
В настоящей книге, изданной в 1925 г. в Берлине, следователь по особо важным делам Омского окружного суда Николай Алексеевич Соколов опубликовал целый комплекс документов о гибели императора Николая II и его семьи. Следователь Соколов оказался первым, кто сумел с известной полнотой ответить на вопрос, который являлся десятки лет одной из самых охраняемых тайн советского государства. По его словам, он в пределах права «старался делать все возможное, чтобы найти истину и соблюсти ее для будущих поколений». Он понимал, что «личность потерпевшего и реальная действительность, в условиях которой совершилось преступление, придают ему особый характер – явления исторического». Свидетельства Соколова на долгие годы явились непререкаемым авторитетом в деле о гибели императора и его семьи.Незаконченная книга Н.А. Соколова "Убийство царской семьи" («смерть настигла его посреди работы», - пишет в предисловии ее публикатор князь Н. Орлов) была напечатана в 1925 году. Однако многое в опубликованном тесте настораживает: как готовили публикаторы к печати книгу, написанную "до середины"?
Выводы следствия Соколова к тому времени уже были изложены в книгах Р. Вильтона и М.К. Дитерихса, имевших копии следственного дела. Это прежде всего вывод о ритуальном убийстве Царской Семьи. Известно, что Соколов продолжать собирать сведения именно в этом направлении – о причастности к цареубийству еврейского банкира Я. Шиффа, главы американского финансового мiра, финансировавшего революцию в России.
Однако, странным образом, в изданной уже в 1925 г. книге "Убийство Царской Семьи. Из записок судебного следователя Н.А. Соколова" теме ритуального убийства и причастности к этому евреев не уделено внимания. Не упоминается даже о приезде в Екатеринбург чернобородого раввина и о посещении им места уничтожения тел, не дается должной оценки надписям в Ипатьевском доме, которые явно были сделаны теми, кто сознавал ритуальный смысл этого убийства именно в иудейском значении. (Одна из надписей, на немецком языке, является парафразой стихотворения Гейне об убийстве последнего вавилонского царя Валтасара за то, что он осквернил своими устами еврейские священные сосуды.) Кроме того, зная «исключительную преданность» Соколова Царской Семье (характеристика, данная ему генералом Дитерихсом, с. 176) – Николай Алексеевич считал свое служение ей и после цареубийства делом всей своей жизни – странно читать передаваемые им резко критические замечания в адрес "истерички" и "религиозной фанатички" Государыни Александры Феодоровны, которая якобы диктовала Государю свою волю в управлении страной, и потому всё пришло к краху... Такую клевету февралистов Соколов повторять никак не мог, это не его слова и мысли в книге.
В предисловии за подписью князя Н. Орлова утверждается при этом, что «Соколову пришлось много и болезненно бороться за отстояние этой правды от тех, кто пытались использовать ее в своих личных целях… Он решился сам огласить истину – сам от себя, а не под флагом какой бы то ни было политической партии». Похоже, эта фраза выдает главную цель публикаторов: представить цензурированный и искореженный ими труд Соколова как "истину в последней инстанции", косвенно опровергающую главные выводы таких "антисемитов", как Дитерихс и Вильтон.
Перед смертью Соколов готовился к поездке в Америку к автопромышленнику Генри Форду, известному своими антисемитскими взглядами. Тот приглашал его в качестве главного свидетеля на готовившийся процесс против… банковского дома Kuhn, Loeb & Co, которым руководил тот самый Яков Шифф. К тому моменту у Соколова были доказательства, что убийство Царской Семьи было организовано сионистскими кругами в Америке и носило ритуальный характер.
А 23 ноября 1924 года автор этой книги был найден мертвым. Ему было всего 42 года, и точная причина смерти так и не была установлена. Внезапная смерть следователя нарушила эти планы. Сам Форд спустя некоторое время тоже отозвал свои судебные иски к банкирам-сионитам…
Кстати, так же «вдруг» и тоже во Франции (через два месяца после смерти Соколова) умер и Роберт Арчибальд Вильтон. Ему не было и шестидесяти, а знаменит этот англичанин тем, что работал в России в годы Первой мировой войны, Октябрьской революции и Гражданской войны. А еще он автор книги «Последние дни Романовых». Он приехал в Екатеринбург в апреле 1919 года и стал… одним из активнейших участников расследования обстоятельств убийства императорской семьи. Наверное, продолжать не надо? Добавим лишь, что Вильтон по поручению Соколова хранил у себя один из экземпляров следственного дела.
В начале 2000-х годов специалисты Генеральной прокуратуры довели до конца расследование екатеринбургской трагедии. Они собрали и проанализировали сотни документов, свидетельских показаний и, главное, нашли и идентифицировали останки императора, его семьи и приближенных. Следствие, начатое летом 1918 г., завершено почти через сто лет.
https://www.sovsekretno.ru/articles/istoriya/on-slishkom-mno...
https://runivers.ru/lib/book7852/453668/
https://legitimist.ru/news/2024/04/lekcziya-podvig-sledovate...
Свежие комментарии